Значок Союза Русского Народа
Союз Русского Народа
Герб Российской империи Симферопольский (Таврический, Крымский) губернский отдел Герб Таврической губернии

Замироточила икона воина Евгения Родионова
Воин Евгений Родионов

В августе 2002 года мне позвонил военный священник с Горного Алтая - отец Варлаамий. Ему срочно нужно было связаться с матерью воина Евгения Родионова, замученного в Чечне за отказ снять крест и принять ислам. Оказывается, в одном из погранотрядов на Алтае решили открыть церковь во имя св. мученика Евгения - и в память Евгения Родионова, и в память его тезоименитого Небесного покровителя (Евгений Родионов еще не канонизирован). Маму Евгения Управление погранвойск России готово было за казенный счет отправить в Горный Алтай - на освящение храма. И все с Божией помощью состоялось. Любовь Васильевну Родионову мы нашли, и она попала-таки на освящение храма, построенного в память ее сына, который хотя и не причислен пока к лику святых, но вполне достоин канонизации за свой поистине христианский подвиг. И, видимо, канонизация эта со временем состоится. Освящение храма состоялось 10 августа.
И вот новый звонок отца Варлаамия: 20 ноября в храме был молебен и крестный ход в честь мученика Евгения (храмовый праздник). Один из солдат, рядовой Андрей Зяблицкий, верующий человек, прочитавший жизнеописание Евгения Родионова и проникшийся особой любовью к его личности, держал в руках храмовую икону с изображением св. мученика Евгения-воина. Молебен и крестный ход снимали на видеопленку, - и прямо во время съемок крестного хода икона в руках солдата замироточила. Отец Варлаамий говорит, что на пленке хорошо видно, как истекает миро по храмовой иконе. От иконы исходило сильное благоухание, несмотря на сильный ветер и холод. Миро истекало из нижней перекладины креста в руках святого мученика Евгения.
Нет ли здесь очередного указания на святость подвига Евгения Родионова, в память которого был открыт этот храм?
Убиенный воин-мученик Евгений, моли Бога о нас!

"Благовест", г. Самара,
Владимир Мельник, г. Москва
13.12.2002


Статьи из газеты "Завтра" о православном воине Евгении Родионове

ПАМЯТИ РУССКОГО МУЧЕНИКА

No: 18(283)
4-05-99
ПОДОЛЬСКАЯ ЗЕМЛЯ и сегодня рождает героев. Здесь вырос и возмужал русский витязь Иван Орлов, бросивший свой смертный вызов гнилому ельцинскому режиму. Немало подольских парней в дни обороны Дома Советов в 1993 году героически сражались с оккупантами, разрушившими нашу великую державу. Вот и недавняя война в Чечне дала Подольску еще четверых молодых героев, отдавших свои жизни во имя России. Один из этой четверки, уже известный читателям газеты "Завтра" Евгений Родионов, погиб мученической смертью, защищая христианские святыни. Поначалу ему чеченские бандиты не угрожали смертью, лишь приказали: прими ислам, сорви с шеи православный крестик и живи с нами. Юноша презрел их приказ, не стал предавать веру отцов и дедов. Именно за отказ перейти в ислам ему, живому, отрубили голову... Так и везла мать героя Людмила Васильевна Родионова из Чечни сначала обезглавленное тело, затем голову сына...
Не сразу признали подвиг Евгения Родионова. Хватало черствых и продажных чиновников и в армии, и среди гражданских властей. Подумаешь, погибший пацан, сколько их сегодня осталось на полях сражений!.. Кому они нужны? Беспробудно пьяному Ельцину? Генералу Лебедю, забывшему про всех пленных русских ребят при подписании Хасавюртовских соглашений? Березовскому и Смоленскому, обобравшим всю Россию? Даже похоронить оказалось непросто... Но вот о Жене Родионове рассказал "Русский дом", единственная патриотическая телепередача. Целую полосу посвятила его подвигу газета "Завтра". О христианском мученике заговорили православные иерархи.
В праздник Радоницы, во вторник 20 апреля, состоялись панихида по воинам, за Веру и Отечество живот свой положившим, и воздвижение Креста на могиле Евгения Родионова. Многие откликнулись душой на подвиг мученика, за считанные недели в газете "Завтра" были собраны немалые деньги. Иные старики несли в редакцию свое смертное, отложенное на похороны, и отдавали на упокоение христианского мученика Евгения. Многие приехали к 15 часам на кладбище деревни Курилово Подольского района. Это было народное прославление подвига Евгения Родионова, это началась народная канонизация героя, положившего жизнь свою за христианскую веру. Во многом помог воздвижению Креста один из лучших промышленников России, крепкий подмосковный хозяйственник, патриот земли Русской Александр Серафимович Фокин, генеральный директор Подольского комбината. Он договорился и с воинской частью, расквартированной в Подольске. Взвод солдат отстоял панихиду и затем троекратным залпом молодые солдаты по-воински помянули подвиг своего собрата. Сама природа, казалось, отмечала вместе с людьми такое торжественное событие. Солнце освещало и как бы освящало все поминовение по русскому мученику. Изумительно красивое место - небольшое озеро вдали, полуразрушенный православный храм, который тоже именно после похорон Евгения Родионова как будто восстал из пепла и сегодня активно ремонтируется. Уже есть и свой священник в храме. Даже своей гибелью молодой солдат оживил дух Православия у себя на родине. На могилу ходят поплакаться вдовы и матери погибших русских воинов. Приходят друзья Евгения Родионова, офицеры, воевавшие и в Афганистане, и в Чечне. Местный тележурналист Вячеслав Ерохин уже сделал большой документальный фильм о герое, посвятил ему свои стихи.
После панихиды по погибшим воинам, после того, как установили величавый деревянный крест, сделанный искусно теми же самыми мастерами, которые делали крест знаменитому русскому певцу-патриоту Игорю Талькову, сказали свое слово у Креста и священник отец Константин, и мать Евгения, крепкая, сильная духом женщина Людмила Васильевна Родионова, и друзья воина. Были на кладбище и матери других погибших ребят. Их соединили боль утраты и понимание того, что подвиги русских ребят не будут забыты. Молча стоял всю панихиду потрясенный Александр Проханов, сам участвовавший неоднократно в боях за Россию. Он ощущал, что присутствует не на поминальном акте по случаю гибели, а при рождении на подольской земле нового русского святого, христианского мученика, чья смерть за Крест Православный послужит прологом к собиранию всех светлых сил за возрождение России. Вела телесъемки бригада Александра Крутова. "Русский дом" так же, как и газета "Завтра", не бросит эту важнейшую тему. Собирается писать рассказ о подвиге Евгения Родионова один из лучших русских писателей Юрий Лощиц.
Светлые, одухотворенные возвращались мы с погоста, и с нами, в наших душах и сердцах был Воин Христов Евгений Родионов. Его подвиг продолжается...

Владимир БОНДАРЕНКО




ХОРУГВЬ И ЗНАМЕНИЯ (Молебен на день убиения Воина Евгения)

No: 23(446)
04-06-2002
23 мая вся Святая Русь отмечает две памятные даты современной русской истории: день рождения Святого Мученика Воина Евгения и одновременно дату его мученической кончины, так как именно в этот день в 1995 году враги Православия и России изуверски отрезали голову Жене Родионову за то, что он отказался снять Святой Православный Крест. Каждый год в этот день на могиле Воина Евгения в пос. Курилово Подольского района совершается молебен его памяти.
Прославлять Евгения Родионова Союз Православных Хоругвеносцев начал давно - чуть ли не с первого известия о его подвиге. Тогда, помню, Юрий Петрович Копосов сделал большую красную Хоругвь Воина Евгения, где он, как и положено мученику за Православную Веру, был уже осиян нимбом. Но Евгений Родионов на ней был изображен иначе, нежели канонические святые древнего письма. Простой русский солдат, из-под гимнастерки которого выглядывала тельняшка, и тельняшка эта была узнаваема всеми, кто воевал или просто служил в армии. Сам я тоже ходил в армии в тельняшке и, хотя по уставу она была вроде бы не положена (я служил в сухопутных войсках, в связи), негласно ношение тельняшки поощрялось. Командиры понимали, что тельняшка - не часть обмундирования, а символ, через который солдаты приобщены к героическим традициям русских моряков.
Стоило нам появиться с этой "неканонической" Хоругвью на шествиях 9 мая или 4 октября, в день расстрела Дома Советов, как люди начинали подходить и креститься. Кто правильно, кто неумело, но искренне. И звали ее не Хоругвь Святого Мученика Воина Евгения, а просто "Хоругвь Жени Родионова", самой простотой названия отождествляя с ней самих себя. Это было наше, своё. Мы всё это понимаем - и потому принимаем сердцем. Приняли и прославили Воина Евгения самим единым Русским Духом. Это и была народная КАНОНИЗАЦИЯ, состоявшаяся без официальной церковной. Причем подходили к Хоругви все: десантник, подъесаул казачьих войск Александр, несколько раз воевавший в Чечне, казак хорунжий Сергий, воевавший еще в Афганистане, другой Сергий, уральский атаман, защищавший Абхазию, сербка Радмила, воевавшая в Боснии и Косово, скинхеды, громившие рынки Ясенево и Царицыно, парни из "Корпорации тяжелого рока", моряки, суворовцы, кадеты...
Всё это были самые что ни на есть ПРОСТЫЕ ЛЮДИ - "ребята с нашего двора", как поется в одной песне. И именно это было самым ценным. Эти простые, русские, и не только, люди, даже эти хулиганистые скинхеды, эти "фашиствующие молодчики и отморозки", как их именует "демократическое меньшинство" - они как-то сразу потянулись к Хоругви Воина Евгения и встали под нее. Потому что простота и величие подвига Жени Родионова не нуждались в каких-то специальных объяснениях. Достаточно было взглянуть в его глаза - и маленькие белые ангелы, и Херувимы с Серафимами над головой нового русского воина-великомученика снова находили место в сердцах этих людей. Так происходит современное воцерковление российских улиц, дворов и подворотен.
Даже эти бритоголовые "скины", за внешне грубой и дикой "формой" своей носят всё ту же добрую, нежную и пронзительную Русскую Душу. Вам, господа хорошие, в них, конечно, многое не нравится: грубые они, бритоголовые, вскидывают руку в древнеримском приветствии, болеют за "Спартак" и ЦСКА, пьют пиво, дерутся между собой, бьют негров, кавказцев и азиатов,- нехорошие какие-то люди, нецивилизованные. За решетку надо бы их всех. Только вот решеток сегодня на всех катастрофически не хватает... Но посмотрите, как старательно и торжественно эти "отморозки" несут Хоругвь своего сверстника Жени Родионова, вглядитесь в их лица и глаза... Неужели не видите, что это - всё те же Русские, которые со Святославом шли на хазар, с Александром Невским - на псов-рыцарей, с Дмитрием Донским - на Орду, с Суворовым, Ушаковым, Кутузовым, Нахимовым, Ермоловым, Жуковым, Шамановым и Будановым - на всех врагов нашего с вами Русского Отечества? Неужели не видите?.. Хотя нет... вы видите. очень хорошо видите - и оттого ненавидите этих, как вы говорите, "русских отморозков" и "фашистских недобитков".
С этой Хоругвью мы были в Санаксарском монастыре, во время прославления Святого Праведного Воина Феодора Ушакова, когда шла она торжественным Крестным Ходом среди ликов Спасителя и Царя-Мученика Николая II Александровича, были в Пскове и Выбутах, где несли ее воины прославленной Псковской дивизии ВДВ. Привезли мы ее и в Курилово.
Доехали быстро, без помех, смонтировали знамена, и вот уже по проселочной дороге, мимо храма к деревенскому кладбищу движется наш крестный ход. Впереди в красном пасхальном облачении - батюшка отец Олег с золотым напрестольным крестом в руке и с маленьким портретом-иконочкой Воина Евгения, за ним - черное Знамя Четников, с Адамовой головой и перекрещенными костями, прошедшее последнюю войну в Косово и присланное в подарок нашими сербскими друзьями, черное знамя Священной Войны, Хоругвь Архистратига Михаила на коне, топчущего сатану, и со словами "ПРАВОСЛАВИЕ ИЛИ СМЕРТЬ!" и знамя с грозным ликом Спасителя - Спас Ярое Око, подобное тому, которое развевалось над полками Благоверного Князя Димитрия на Куликовом поле...
Такое впечатление, что идем в горку, всё ближе и ближе кладбище, вот уже движемся между оградками могил, вот знамена разместились ровным квадратом вокруг могилы Воина Евгения. По канонам, до общецерковного прославления полагается служить панихиду, но как-то вдруг само собой запели (сами запелись!) слова Молебна, и зазвучал под деревьями у крестов тропарь Святому Мученику Воину Евгению: "...Из плена земнаго восхищенный во обители райския, и ныне предстоящий Престолу Божества Великаго дерзновение, страстотерпче святый, воине Евгение, буди молитвенником за воинство Русское и люди твоя, благодарне память твою празднующи!" Интересно, что никому и в голову не пришло, что служить Молебен как бы еще рано - пели радостно и вдохновенно. Вдруг кто-то вскрикнул и показал на небо: "Радуга! Радуга!"
Мы подняли глаза - и действительно, вокруг солнца сверкала и искрилась лучезарная радуга. Мы еще никогда не видели такой - в форме круга. Чуть позже явилось в небе и иное знамение, которое засвидетельствовано присутствующими на молебне. В связи с этим мы, Союз Православных Хоругвеносцев, Союз Православных Братств, Союз "Христианское Возрождение", Православное казачье Братство во имя Св. Вмч. Благоверного Царевича Алексия, Русско-Сербское Православное Братство во имя Св. преп. Сергия Радонежского, Святителя Саввы Сербского и святителя Петра Цетинского-Черногорского, Уральское (Яицкое) Казачье Войско и ряд других русских православных организаций объявляем о создании Русского Всенародного Движения по Всецерковному прославлению Святого Великомученика Воина Евгения Родионова в лике Святых Русской Православной Церкви. Просим благословения у Его Святейшества Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II по градам и весям России, Украины, Белоруссии и Сербии во имя прославления Святого Великомученика Воина Евгения Родионова. Аминь.

Леонид СИМОНОВИЧ,
глава Союза Православных Хоругвеносцев,
председатель Союза православных Братств




ПОДВИГА СВЕТ НЕГАСИМЫЙ

No: 18(283)
4-05-99
КОГДА МЫ СЕГОДНЯ, в день поминовения пасхального усопших наших сродников, воздвигли крест на могиле Жени, я подумал о том, что этот крест - он является свидетелем трех подвигов.
Прежде всего - подвиг самого Господа нашего Иисуса Христа, который на Голгофе страшной смертью был распят.
Как мы пели в пасхальной: "Христос воскресе из мертвых, смертью смерть поправ". Он попрал смерть человеческую своей мученической смертью, и сущим во гробе живот даровав.
Крест является свидетелем подвига воина Евгения Родионова, у чьей могилы мы здесь сейчас стоим. Он ушел служить в ряды Вооруженных Сил, не снимая своего нательного крестика. Он получил как благословение материнское этот крестик, который вы одели ему на шею. Этот крест он достойно пронес, и этот крест был свидетелем его подвига за веру, подвигом мученическим, ничем не отличающимся от подвигов первых христиан, которые за веру тоже шли и в огненные печи, и под меч палача, и в пучину морскую, и к диким зверям.
Крест является свидетелем подвига материнского, потому что, Любовь Васильевна, мы знаем о том, как ваше материнское сердце подвигло вас 10 месяцев искать своего сына во время страшной войны, каждый день мог быть последним, где голод, холод, бомбежки, отчуждение, насилие - всему этому вы свидетельница, вы несли свой материнский крест до конца, ища своего сына. Вы нашли своего сына по крестику. Это тоже подвиг, материнский подвиг перенести утрату. Но в этой утрате и обретение. Земля российская обрела мученика, обрела молитвенника, обрела того, на которого молодым воинам нужно равняться. Не предавший Господа никогда не предаст ни присягу, ни свою землю, ни мать, ни Родину.
В нашем храме, Любовь Васильевна, мы поминаем за здравие и вас, и об упокоении раба Божьего Евгения. Верю, что наступает день, когда мы будем молиться не об упокоении Евгения, а заказывать молебны мученику Евгению, прося его молиться за нас, здесь пребывающих, на этой земле в очень скорбные времена. В знак нашей молитвы, Любовь Васильевна, примите эти святые просвиры. Сегодня мне довелось служить литургию божественную, и вот на этой просвире поминалось ваше святое имя, а на этой просвире имя мученика воина Евгения...
И мы еще бы очень хотели сказать, что отрадно, что затеплилась лампадка вместо Жени. Дело в том, что издревле на Руси на воинских ли могилах, на могилах ли ближних сродственников теплились лампадки неугасаемой любви. Когда лампадочка горит, значит - теплится любовь наша, значит - возвысится наша молитва. Мне бы очень хотелось, чтобы те многочисленные христиане, пришедшие помолиться с нами и с вами о Жене и о тех, кто вместе с ним был убиен, о воине Александре, о воине Андрее, о воине Игоре, о его папе, который взрастил такого сына - рабе Божьем Александре, чтобы и они вместе с вами следили за тем, чтобы эта лампадочка никогда не угасала. Те ли, кто живет здесь недалеко, те ли, что будут приезжать на это место, освященное этим крестом, освященное сегодняшней молитвой и молитвами, которые здесь раньше произносились и будут произноситься. Это место станет намольным, к этому месту потянутся и генералы, и офицеры, солдаты и священники, и православные христиане, потому что здесь черпается внутренняя сила нести свой крест. Те испытания, которые Господь нам дает, переносить так же мужественно, как перенес их Женя, как перенесли вы, Любовь Васильевна, как их перенес сам Господь на Голгофе. Пускай радость, казалось бы, какая радость в этот день возможна, сегодня раданки, мы сегодня делимся радостью о воскресшем Христе, и пускай эта радость наполняет ваше сердце. Радостью наполняется Царствие небесное. Сегодня отрадно, радостно Евгению видеть нас всех здесь собравшихся, его памятью собранных. И пускай в горних обителях и здесь, на земле, звучат эти удивительные слова: "Христос Воскресе".

Отец Константин




СЫН ПОГИБ ЗА ОТЕЧЕСТВО

No: 18(283)
4-05-99
С 22 НОЯБРЯ 97-ГО ГОДА - два года я не знала, как жить.
Если честно, то жить не хотелось. Люди говорили: "Он погиб за нефтяную трубу, он погиб за чьи-то деньги", - а мне становилось еще хуже, я просто умирала от боли, от обиды. А потом, когда я в прошлом году осенью поехала еще раз поклониться той яме, той могиле, в которой он лежал полгода, может, смерти искала, так когда вернулась оттуда - все изменилось. На этом храме ставили крест, приехали люди из "Русского дома" - Александр, Виктор. Им сказали про Женю, они захотели со мной встретиться. Появилась статья в "Русском доме", потом появилась передача. Потом появилась огромная статья в газете "Завтра". Я благодарна тем людям, которые сочли своим долгом почтить память моего сына. И я поняла, что Женя погиб не за чьи-то деньги, нет, он погиб за Отечество, которое, как и мать, не выбирают. Его просто любят и защищают. И мне стало немного легче. Боль, конечно, не ушла, но я поняла, что есть смысл в его гибели. Все-таки есть. Он погиб за веру православную, не сменил веры дедов, прадедов не предал. Жить, конечно, тяжело, но есть храмы в Москве - вот Тушинский есть храм в Пыжах, где меня приняли в свою семью. Теперь мне звонят люди со всей России. Звонили из Абакана, Владикавказа, я перестала чувствовать себя совсем одинокой. Лампадка будет гореть, хоть этим я буду чувствовать, что я нужна своему сыну, хотя бы для того, чтобы огонек затеплить. Я благодарна людям верующим, они мне многое объяснили. Я людям очень благодарна за то, что они разделили мою боль и помогли мне всем, чем могли. Этот крест, он поставлен на человеческой доброте, на участии, на любви, на уважении к тому поступку, который Женя совершил.
Может быть, это не подвиг, может, это поступок. Дай нам всем Бог сделать такой же выбор. У Жени очень хорошие друзья. Два года каждое воскресенье, в любую погоду они приходят сюда. И так трогательно смотреть, когда они кладут цветы, когда они оставляли апельсины на снегу, когда они кладут ему сигареты. Так они выражают свою любовь. Ну и тут как бы жизнь ставит все по своим местам.
Вот эти ребята, эти телефонные звонки, письма такие трогательные, они меня поддерживают, дают мне силы, чтобы жить. Я никогда не думала, что столько мудрости, столько доброты в людях, особенно в священниках. У меня просто нет слов, чтобы все это выразить.
Спасибо вам всем!

Любовь Родионова




ПОДВИГ ( За "круглым столом" редакции "Завтра" - Александр ПРОХАНОВ, отец ДМИТРИЙ, Владимир БОНДАРЕНКО, отец КОНСТАНТИН, Юрий ЮРЬЕВ )
No: 13(278)
Date: 30-03-99
Александр ПРОХАНОВ. Наша газета написала о поразительном явлении, которое потрясает душу, удручает и восхищает одновременно. О мученической смерти солдата, который в чеченском плену один, без командиров, без духовных наставников, без матери, без старших товарищей, с одним крестом на груди и с одной таинственно христовой верой, принял мученическую смерть от своих врагов, от палачей, которые предложили ему отречься от Христа, от России и от армии. Он предпочел умереть. Был обезглавлен. Что это такое? Давайте порассуждаем над тем, как это могло произойти, что побудило человека, рожденного в сегодняшней кромешной русской реальности, совершить этот высочайший мученический подвиг? Что он мог испытывать? Перенесемся на секунду в его душу, в его сознание. Что он переживал в эти страшные часы, в последние минуты? Потому что это заслуживает самого глубинного осмысления.
Отец ДМИТРИЙ.
Я думаю, конечно, это было страшное испытание, но в его лице вся Россия показала, чем она может жить и к чему стремиться. Потому что, я думаю, дух веры наших предков пробудился в нем, и он остался верен православию, Родине, армии. Конечно, трудно судить, что он переживал. Видимо, все было. Но все-таки победила вера, победила верность. Это значит, что Россия жива, ее не убили, в России осталась вера - основа всей жизни.
Да, мы умираем со Христом, чтобы вместе с Христом воскреснуть. Но это не смерть вместе со страной, а наоборот, возможность для страны дальше жить. Этот момент мне кажется принципиальным, потому что и церковь жива на мученичестве, на крови исповедников веры. И земля наша не ослабевает, а крепнет от того, что находятся люди, которые жертвуют самым дорогим - жизнью ради чего-то высшего.
Отец КОНСТАНТИН. Действительно, я смущаюсь обсуждать поставленный вопрос: по большому счету это вопрос к самому Евгению Родионову-воину. И как человек верующий я исповедую, что Евгений жив, и более того, он участвует сейчас в нашем разговоре. Потому смущаюсь. Чем он жил в тот момент? Думаю, что испытывал и страх, и отчаяние, и желание скорее вернуться домой, увидеть маму...
Недавно я выступал в юридическом институте на тему "Духовно-нравственная основа воспитания военнослужащих и учащихся". Я поздравил слушателей с 23 февраля и пересказал то, что напечатано в статье "Русский мученик", показал фильм о Жене Родионове, прокомментировал, и знаете, увидел, как курсанты были потрясены. Когда я закончил, возникла глубокая тишина.
Собственно говоря, где бы я эту кассету ни показывал - в Центре подготовки космонавтов, во время работы секции духовного просвещения и образования военнослужащих, во время проведения седьмых международных рождественских чтений, на сборах заместителей командиров по воспитательной работе МВД и частным образом - всегда возникала благоговейная тишина. Не отчаяние испытывали люди, не вопили: "кровь за кровь", а были поражены высотой христианского подвига. Господь говорит: "В чем застану, о том и сужу". Таким образом он делает Евгения близким к мученикам первых веков христианства.
Я взял с собой книгу "Канонизация святых", которая была подготовлена поместным собором, и где дана вступительная статья, оценка, как проходила канонизация в древности, в средние века, как она проходит сейчас, и какие моменты для этого значимы. Так вот, в древности сам факт мученической кончины за Христа, за веру являлся основанием для канонизации. Для меня также очень значимо и то, что пишет Достоевский: "Неужели Россия, для которой соблюдать пост является невежеством, ходить в храм - признаком отсталости, символ веры является чем-то утраченным, музейным, второстепенным?" И сам же отвечает, что ни в коей мере, рассказывая о солдате, который попал в плен к туркам и на призыв принять мусульманство как гарантию жизни отказался, несмотря на то, что он был отец многодетного семейства. С него живьем содрали кожу и обезглавили. Для него, для Федора Михайловича, этот факт был фактором торжества внутреннего и внешнего по отношению к России, к ее будущему. И случай с Женей Родионовым - из этого же ряда.
Юрий ЮРЬЕВ. Писал о Жене Родионове и "Московский комсомолец". Там его подвиг был превращен в какой-то постсоветский ужастик, где торжествовали зло, чернуха, и ни слова не было о том, что произошло светоносное событие. На ту статью практически не было отклика. А сейчас, после публикации "Завтра", матери постоянно звонят люди. Кто-то приезжает на могилу поклониться ее сыну, привозят кто оренбургский платок или просто слово доброе. Она совершенно оттаяла, говорит, что произошло чудо. И лично я думаю, что это не Евгению отсекли голову, а мученик Евгений, укрепляемый Господом, отсек головы сотне бесов, а может быть, сотне князей бесовских, поэтому такой эффект, такое чудо на наших глазах и происходит.
Владимир БОНДАРЕНКО. А я вот хотел задаться таким вопросом: а готовы ли мы все - общество, церковь, армия - воспринять этот подвиг. Ведь в самой армии командование ни с христианской точки зрения, ни с чисто офицерской или армейской точки зрения не восприняло его. Речь идет не о чувстве мести, а о чувстве христианского подвига, которое укрепляет и душу, и веру, и общество, и церковь саму по себе. Готова ли церковь воспринять этот подвиг как подвиг нового святого? Или и здесь руководят нерешительность и осторожность?
Александр ПРОХАНОВ. В этой кромешной тьме, когда кажется, что все безнадежно, все пало, душа требует чуда, душа начинает роптать: "Где же ты, Господи? Почто меня оставил, где твои явления? Яви себя!" И в эти минуты отчаяния и богооставленности вдруг происходит Нечто. Вы помните, как мы осмысливали мученическую смерть русских патриотов на баррикадах 93-го года, где гибли красные, и белые, случайно попавшие под пули, или сознательно принимающие мученическую смерть. Весь народ интерпретировал это как мученический подвиг, как смерть за Родину, за святость, за Россию, Отечество. Даже была написана икона нашими друзьями, художниками, посвященная огнищу в Доме Советов. Вспоминаю недавнюю странную, загадочную смерть Ивана Орлова, который взорвал себя на Красной площади. С точки зрения официоза это был террорист, его упекли в тюрьму, где он корчился от ран, а потом все-таки погиб. Мы тоже понимали это как некую схватку со змеем, который взрывал, конечно, не Спасскую башню, не охранников, а взрывал померещившегося ему змея в Кремле. Но когда на публикацию о Евгении Родионове откликнулись тысячи людей, я воспринял это как абсолютное чудесное знамение, говорящее о том, что Бог есть, что Бог в России, что Бог среди нас, и носителем божественного промысла и божественного откровения может быть самый смирный, беззащитный, самый обычный среди нас человек - не аристократ, не подвижник, а крестьянско-рабочий сын, коими сейчас полнятся батальоны и бригады Вооруженных Сил. Чудо узнавания о его подвиге продолжает стремительно распространяться по России, по людям. После опубликования статьи, мать, которой грозило выселение, вдруг обретает дорогую для нее квартиру сына. У нас в редакции до сих пор стоит та казна - картонный ящик, куда все приходят и опускают деньги. Конечно, Владимир Григорьевич, государственные институты вяло реагируют на происшедшее, но главное все-таки свершается: свет подвига, как свет поднимающегося солнца, стремительно пронизывает пространство общественных связей и общественных отношений.
Отец ДМИТРИЙ. Вопрос, поставленный Владимиром Григорьевичем, правомерен. Горячий отклик на статью как раз и показывает, что народ воспринимает подвиг. Не надо торопиться. Думаю, что сам Бог делает свое дело. Вот он показал, посеял семя, и оно будет расти, потому что сразу делается только зло. Доброе - оно захватывает общество постепенно. Будет прорастать, прорастать и прорастать. Я даже считаю: не надо торопиться канонизировать Евгения - сам народ канонизирует его. И церковь тоже скажет свое слово.
Отец КОНСТАНТИН. Такие события находятся вне времени, и незачем оглядываться, кто и как воспримет? Когда распинался Христос, то ему кричали: "Сойди с креста, сотвори чудо, и мы уверуем". Если следовать вашей логике, то он бы должен думать: "Надо же, они мою жертву не воспринимают!"
Нет, есть вещи, которые лежат вне времени, вне тех или других каких-то ситуаций жизненных. По прошествии десятилетия, столетия происходит глубочайшая переоценка ценностей. А эти светочи, звезды на небе светят, невзирая ни на то. Я выглядел бы провокатором, если бы призывал общество, армию, церковь к каким-то действия. Церковь - воинствующая и торжествующая, но она воинственна не против должностных лиц, а против духов и князей тьмы, которые прежде всего находятся в человеческом сердце.
Юрий ЮРЬЕВ. Я бы хотел дополнить, в развитие слов отца Константина конкретно о духовном подвиге. Ведь Евгений к этой санитарной машине шагнул, пошел ее проверять. А командование подало информацию, что он самовольно оставил часть. А солдаты говорили: "Какое самовольное оставление, когда там были следы борьбы, кровь". То есть там была схватка рукопашная. И потом, когда мать пришла к убийце своего сына, тот сказал: "А зачем он пошел проверять машину? А почему он не принял веры? Почему он креста не снял?" Ведь другие блокпосты пропустили эту машину с плененными нашими солдатами и набитую оружием. То есть предали все и вся. Ясно, что одни проливали кровь под Бамутом, другие делали деньги на этом.
Владимир БОНДАРЕНКО. Я думаю, это наш долг - поддерживать и максимально возвышать значимость этого подвига. Поэтому мы и собрались здесь - священники, газетчики. В России было столько сражений. Столько раз она стояла на краю гибели. И сегодня уже настало время, когда каждый из нас должен решить: будет ли существовать Россия дальше, или она обречена. Я недавно был в Англии и там выступал и перед верующими в храме. Они настроены очень благодушно: "Ну Бог дал - нам суждено жить здесь, что нам там думать о возвращении к той далекой России?" Я почувствовал мягкотелость, малодушие. В связи с этим я даже хочу поспорить с Александром Андреевичем. Хорошо собрать деньги, но еще лучше собрать христовых воинов. Возвеличиванием подвига Евгения мы поднимем это воинство христово.
Отец КОНСТАНТИН. Да, силой от подвига веет великой! Вспоминаю, как я, утомленный службами, отдыхал вечером и ко мне пришел автор статьи. "Батюшка, я вот статью принес, посмотрите, пожалуйста". "Я сейчас ничего не воспринимаю, строчки не прочитаю". А он просит меня хотя бы посмотреть фильм, который он привез из "Русского дома". Я посмотрел и забыл об усталости.
Александр ПРОХАНОВ. В своих размышлениях продираюсь через множество внутренних сомнений, сумеречных состояний и, может быть, для меня лично непреодолимых проблем духовных, интеллектуальных. Подхожу к решению одного из важнейших, мучающих меня вопросов: почему России на всем ее историческом пути уготовлены вот эти страшные муки и казни, почему постоянно усекновения русской головы происходят? Подвиг этого солдата не вызывает сомнения у нормального человека. Никто не скажет "зачем"? Русская этика воинская не ставит перед нами вопрос, зачем он это сделал? Зачем Матросов кинулся на амбразуру? Зачем Зоя Космодемьянская предпочла петлю предательству? Зачем Карбышев позволил себя запаять в эту ледяную глыбу? Зачем Яков Сталин в плену не отрекся от идеалов отца? Это не вызывает сомнения. Но я подумал, если такая жертвенность, такой подвиг за Христа отдельно взятого человека нужен, понятен, важен и даже неизбежен, то сама русская история и Россия, как этот отрок, постоянно кладет свою выю под топор и несет эти страшные муки, страшные жертвы. Значит, это тоже необходимо, тоже свидетельствует о чем-то чрезвычайно важном. Перед Христом ли Россия свидетельствует? Перед человечеством в целом, перед нынешним поколением русских людей? Перед братьями славянами, гибнущими в эти дни в Югославии под ударами натовских убийц?
Отец ДмИТРИЙ. Страну разбили, армию ослабили. Как будто от России ничего не осталось. Но то, что в России осталось, Господь и показывает на подвиге этого солдата. Помимо нас, Бог хочет поднять наши силы. Это чудо, которое явилось в лице Евгения, показывает, что до сих пор мы действовали просто человеческими силами. Их было недостаточно, и было недостаточно, чтобы победить такого страшного врага. И Господь явил чудо. То есть Господь свои силы прибавил к нашим человеческим.
Отец КоНСТАНТИН. В нашей Отчизне всегда значимы были не амбиции какие-то политические, не благосостояние ее граждан, а святость. И на алтарь святости приносилось все, потому Россия и не понималась многими. Святость скромна, она не выпячивается. Евгений не единственный, кто проявил чувство любви к Господу. В слове "святость" есть динамика очищения. Очень часто человек действительно может быть простым незаметным человеком, но в момент стяжания святости, а это является смыслом нашей жизни христианской, происходит очищение. Я бы сейчас поднял вопрос о возможности канонизации Евгения.
Как-то меня, это было много лет тому назад, 16 июля спросил один священник московский, когда мы вместе служили в Успенском соборе Кремля: "Батюшка, завтра день расстрела царской семьи, ты будешь служить литургию, ну хотя бы по общему чину - мученическому?" Я сказал, что это было бы, наверное, неправильно. Я все же представитель русской православной церкви, которой царские мученики не канонизированы до сих пор. Лучше я скажу яркую проповедь 17 июля, в день их блаженной кончины мученической, а потом всем храмом отслужим панихиду". Так я и поступил. Во время совершения панихиды у меня очень четко в сердце появилось ощущение, что этой панихидой мы приближаем чаянную канонизацию. И ассоциативно вспомнилось, что первыми святыми на Руси были Борис и Глеб. Их праведная кончина была непонятна византийской культуре канонизации. Там не было явного жертвоприношения за Христа. Там была какая-то политическая ситуация, междоусобица, но они настолько по-детски наивно приняли Христа, настолько доверили свою жизнь его помыслу, что, имея возможность избежать этой смерти, уехать, привлечь какие-то охранные дружины, отпустили других воинов, чтобы те нечаянно не погибли вместе с ними, отдавая себя в руки Господа. Эта наивная, детская, всем сердцем исповеданная вера сделала их святыми через 6 лет после их убиения.
А Дмитрий Донской, благоверный князь? Он был канонизирован на поместном соборе в 1988 году, то есть спустя 600 лет. Смотрите: 6 лет для одних и 600 лет для других. Но о Дмитрии Донском каждую родительскую субботу все церкви православные русские возносились молитвою: "Упокой, Господи, душу усопшего раба благоверного князя Димитрия..." До 1988 года 600 лет вся церковь молилась об успокоении князя Димитрия, тем самым прося о милостях Господа и достигая ему достояние святости.
Мне хочется задать вам вопрос: момент канонизации - что это такое? Это признание церковью уже имеющего состояние во святых гражданина небесного, или это некое деяние нашей земной церкви, в которой доставляет находящемуся в мире ином человеку святость? Мне представляется, что правильно ответить на этот вопрос только в понимании, что церковь небесная и церковь земная связаны, и главой церкви нашей вне времени, вне обстоятельств является сам Господь.
Вот я возьму в руки материалы по канонизации поместного собора и хочу вам прочитать те аспекты, по которым человек причислялся к лику святых нашей земной церковью. "Свидетельством святости угодника Божьего могли быть: 1. Вера церкви, святость восславляемых подвижников, как людей, Богу угодивших и послуживших пришествию на землю сына божьего и проповеди святого евангелия. 2. Мученическая за Христа смерть или истязание за Веру христову. 3. Чудотворение, совершаемое святым по его молитвам или от частных его останков мощей. 4. Большие заслуги перед церковью и народом божьим, коим является, скажем, канонизация царей, князей... И никогда вопросы канонизации не решались по сбору подписей, агитацией. Думаю, что мы ни "круглым столом", ни каким-то деянием не приблизим момент канонизации Евгения Родионова.
И Любови Васильевне, мне думается, сейчас нужна тихая, добрая, христианская жизнь. Ей Бог дал пережить своего сына, чтобы можно было за него молиться. Когда я материалы увидел, у меня была такая же реакция, как и у многих других священников: канонизовать. Но Любовь Васильевна показывала мне фотографии, на которых Женя стоит с папиросой. Конечно, это мало имеет значения. Но с другой стороны, трудно представить Серафима Саровского или Сергия Радонежского, или Георгия Победоносца с какими-то атрибутами, со святостью не сочетающимися.
Это не страшно, это не помешает его святости, если она созреет нашей молитвенностью. Сын своего времени, он и жил среди своих товарищей, но в нем была та внутренняя чистота, которая меня поражает даже в мелочах. Я Женю очень чувствую. Очень бы хотелось познакомиться с его классной руководительницей, которая является регентом в Подольском храме. Собрать побольше бытовых мелочей. И сделать жизнеописание Жени.
Юрий ЮРЬЕВ. Как справедливо сказал отец Дмитрий Дудко, это исключительный поступок и исключительное явление нашего времени, но не единственное. В нашу эпоху, в наше черное время мы имеем еще ряд мучеников, которые, быть может, меньше известны, но о которых мы тоже должны помнить. Это в первую очередь алтарник Алексий, 14-летний юноша, которого после пасхальной службы встретили сатанисты, потребовали снять крест и отречься от Христа. Он отказался. Его зверски изувечили, произвели ритуальную казнь, отрезали фаланги пальцев, обезобразили лицо. Этот юноша тоже свидетельствует о торжестве Христа, он тоже совершил великую победу. Сейчас в храме его брат - алтарник. Хотелось бы вспомнить монахов, убиенных в пасхальную ночь сатанистами, - тоже подвиг, произошедший в наше время. И вспомнить трех воинов, трех пограничников, которые были взяты в плен вместе с Евгением. Одному из них также была усечена голова, а двух других расстреляли. Это тоже мученики за веру, потому что если бы они изменили своей вере, они, по крайней мере, остались бы живы. И вообще, все те воины, которые остаются сейчас в плену в Чечне, они не меняют своей веры, об этом говорит то, что они остаются по-прежнему в плену. О них нам тоже нужно помнить.
И еще хочу сказать о тех средствах, которыми люди помогают Любови Васильевне. Мне очень приятно, что пожертвования небольшие, люди несут последнее. Есть переводы на пять рублей, какой-то мальчик 4 рубля принес. То есть Евгению будет ставиться крест чистыми руками. Не будет в нем денег Гусинского. Надеюсь, Господь не допустит таких людей к этому кресту.
Владимир БоНДАРЕНКО. Посмотрите, как восторженно показывают НТВ, ОРТ ребят, которые вернулись или временно приехали в гости уже мусульманами рязанскими, владимирскими - кто Ахмед, кто Аслан. Показывали как благородных. Мол, детей надо растить, жизни спасать. На этом фоне святость Евгения нам крайне важна. На самом деле, можно сказать, что Михаил Тверской поступил опрометчиво. Россия, мол, еще не была готова, еще надо было собирать силы, а он взял да сразу пошел на татар и погиб. Но России нужна была такая мученическая смерть! Не случайно Михаил Тверской стал святым, даже для того, чтобы потом Ивану Калите уже другим путем, путем компромиссов, собирать Россию. Калита уже опирался и на святость вот этого непродуманного с точки зрения земной логики героического поступка Михаила Тверского. И, конечно, в ряду историческом подвиг Евгения ближе к подвигу святого Михаила Тверского. Я бы поставил в этот ряд и настоятеля храма в Грозном о. Анатолия.
Отец КоНСТАНТИН. Мне бы очень хотелось, чтобы эта мысль прозвучала за нашим "круглым столом": человек, ищущий Бога, тянется к истине, и ищущий истину обязательно обретает Бога. И вот мне представляется, что тот, кто обрел Бога в сердце, кто его не предал, никогда не предаст ни Родину, ни воинскую присягу. Это то, что делало христиан-воинов на протяжении всей истории самыми лучшими воинами, потому что нельзя сказать, что они не боялись смерти. Не боится смерти только трус. Но они понимали, что эта жизнь временна, за ней начинается та, на которую мы уповаем, поэтому нечего смерти кланяться за какие-то доллары или чечевичную похлебку. Царство Божие внутри вас. Женя с ним соприкоснулся, еще посещая Подольский храм, общаясь со своей учительницей, которая была регентом.
Александр ПрОХАНОВ. Завершая нашу встречу, я хотел бы сказать как писатель. Художник ищет героя постоянно. Или антигероя. Но он ищет персонаж, который был бы универсальным. И тем счастливее художник, и тем он могущественнее, чем универсальнее герой, которого он отыскивает. И мне кажется, что для писателя, художника, мыслителя, философа Евгений и его подвиг являются тем поразительным случаем, тем поразительным поводом, соприкоснувшись с которым, изображая который, можно по существу понять весь универсум России - и сегодняшней, и вчерашней, красной, древней, белой... В этом образе сплетается вся драматургия мира, не только русского, но мира вообще. И к тому же он абсолютно конкретный. Человек, через которого можно понять сегодняшний мир, сегодняшний человеческий тип, сегодняшнюю русскую драму. Благодарю всех принявших участие в этом духовном собеседовании.